е борзые томятся в ожидании охоты.
Мы тоже достигли зрелости в по-своему великий исторический момент, хотя он и был
противоположностью нынешнего. Из каждого уголка земного шара на нас пялились
застой и вражда. Красная Опасность была повсюду, даже у самого нашего священного
очага. Берлинская стена стояла уже два года, и, глядя на нее, можно было
предположить, что она простоит еще лет двести. Ближний Восток, как и теперь,
дышал огнем, с той лишь разницей, что объектом нашей британской ненависти был
избран Насер, и не в последнюю очередь потому, что он возвращал арабам
утраченное достоинство да в придачу еще валял дурака с русскими. На Кипре, в
Африке и в Юго-Восточной Азии против своих старых колониальных хозяев
поднимались, попирая закон, второсортные народы. И если мы, немногочисленные
отважные британцы, время от времени чувствовали, что власть наша этим
подрывается, что ж, Американский Брат на то и существовал, чтобы всегда вовремя
вернуть нас в мировой расклад.
Как тайные герои в процессе создания, мы имели все, что необходимо: справедливое
дело, злого врага, терпимого союзника, кипящий мир, женщин (но только вне игры),
способных воодушевить нас, и лучшее, что можно было унаследовать от Великой
Традиции, поскольку Цирк в те дни все еще грелся в лучах своей военной славы.
Почти все наши лучшие люди приобрели имя, шпионя за немцами. Когда их спрашивали
на наших серьезных неофициальных семинарах, они соглашались, что, если речь
заходила о том, чтобы защитить человечество от своих же собственных эксцессов,
мировой коммунизм был еще большей угрозой, чем немчура.
- Вам, господа, досталась в наследство опасная планета, - любил говорить нам
начальник спецподготовки, наш легендарный Джек Артур Ламли. - Но если вы
интересуетесь моим личным мнением, вам чертовски повезло.
О, его мнение нас еще как интересовало! Джек Артур был человеком безоглядной
храбрости. Три года он провел в оккупированной немцами Европе, мотаясь ту |
Книга
7
